Бесподобная резиденция дизайнера в Париже

Париж. 10 дизайнерских мест

художник,
живет во Франции 10 лет

В Париже открывается крупнейшая интерьерная выставка Maison&Objet . Художник Ольга Каменная , которая уже 10 лет живет во Франции, рекомендует 10 мест (из них пять — кафе, как же без этого) — must see для тех, кто увлечен дизайном.

Музей декоративных искусств

107, rue de Rivoli, 75001

Самый лучший музей в Париже, где можно увидеть большую коллекцию мебели — от готики до предметов современного дизайна. Музей также очень интересен своей практикой вписывать произведения современных авторов в постоянную экспозицию, тем самым давая нам возможность проследить, чем вдохновлялся художник, создавая объект. В этом же здании находится Музей Моды и Текстиля, в котором проходят временные ретроспективные выставки.

Центр моды и дизайна Les Docks

Грандиозное дизайн-пространство площадью в 15 000 кв. метров на берегу Сены между Бастилией и Ботаническим садом невозможно не заметить. Ультрасовременное и одновременно очень человечное, с шоу-румами, кафе, ресторанами, открытое и днем, и ночью для всех увлеченных дизайном. Построенное в 1907 году, оно являлось одним из первых зданий в Париже из армированного бетона. После работы над ним архитектурного бюро JAKOB MACFARLANE, гигантское здание приобрело вид футуристического объекта и стало любимым местом встреч парижан — как площадки, сочетающей шопинг и отдых.

Le Lieu du Design

74, rue du Faubourg Saint-Antoine, 75012

Уникальное креативное пространство открыто в центре Парижа всего несколько лет назад, поддержано правительством Франции и посвящено инновационному промышленному дизайну, который уже в скором времени будет окружать нас каждый день. Площадка для дизайнеров, промышленников и широкой публики, идеальное место для творчества и обмена идеями.

Музей моды Парижа Palais Galliera

10, avenue Pierre 1er de Serbie, 75116

Музей обладает огромным архивом костюмов и аксессуаров разных эпох, но ввиду их ценности предметы представлены только на временных выставках.

Блошиный рынок Saint Ouen

метро Рorte de Clignancourt, 4-я линия

Город в городе, один из самых больших антикварных рынков в мире основан в 1885 году, расположен на 7 гектарах и включает в себя 14 отдельных площадок, совершенно разных по духу. Некоторые скорее похожи на музеи или картинные галереи, другие — на развалы со всякой всячиной, где, запасшись терпением, все еще можно найти необычную редкую вещь. Очень приятное место для прогулки, даже ничего не покупая. Перекусить можно в одном из нескольких симпатичных кафе, например в Мa Cocotte, оформленном Филиппом Старком — очень уютном месте с камином и коллекцией винтажных объектов.

Бистро La Vieux Belleville

12, rue des Envierges, 75020

Находится в 20-м, очень демократичном, немного удаленном от центра округе, куда обычно «не доезжаешь». Но это место, куда хотя бы один раз надо попасть обязательно, особенно, если живешь не во Франции. Настоящая атмосфера французского бистро с живым аккордеоном. Надо идти компанией, так как в конце вечера все поют старый французский шансон. Слов можно и не знать. Простые настоящие люди, простая французская кухня, но идут туда не поесть, а как на приключение.

109, rue Oberkampf, 75011

Существует с XIX века. Мрачноватое место с приглушенным светом, но этим и нравится. Огромная высота потолков, все стены в стеллажах и зеркалах, узорчатая плитка на полу, потертые банкетки, обтянутые кожей. И музыка фоном. Надо идти надолго — выпить кофе, перекусить, поглазеть и почитать.

226, rue de Rivoli, 75001

Уже стало классикой и всегда там многолюдно, но, что ни говори, — лучший горячий шоколад в городе. Не просто чайная, но очень красивое историческое кафе эпохи ар-нуво, основанное в 1903 году, любимое Прустом, Коко Шанель и великими французскими кутюрье. Любимая программа — Музей декоративных искусств на Риволи, затем «Анжелина». Пирожные бесподобные, но горячий шоколад совершенно самодостаточен.

Мороженое Bertillon на острове Saint Louis

29–31, rue Saint Louis en l’Ile, 75004

Казалось бы, холодная зимняя пора — не самое подходящее время для подобного удовольствия, но только если это не знаменитое мороженое «Бертийон» в самом романтическом месте самого красивого города мира. Всегда очереди, но полученное удовольствие того стоит. Настоящее гастрономическое «седьмое небо»!

Японская кондитерская Ciel

3, rue Monge, 75005

CIEL — «Небо», расположено в квартале Сорбонны. Все белое, минималистский интерьер. Единственные цветные акценты — очень нежные, воздушные, «ангельские» десерты в стеклянных витринах. Хорошо пойти небольшой компанией на дегустацию японского чая днем или соленых десертов с шампанским вечером. Нравится ощущение приватности, так как за барной стойкой помещается только восемь человек.

Моя Франция: мотивирующая история архитектора-дизайнера Олеси Арсений для тех, кто грезит о Париже

Многие мечтают о головокружительной карьере, счастливых отношениях или смене страны, но далеко не каждый готов посмотреть в глаза своим страхам и шагнуть в неизвестность. Мы продолжаем собирать истории людей, которым хватило целеустремленности и храбрости, чтобы начать жизнь с чистого листа, переехать за границу и добиться успеха на новом месте. Сегодня делимся из первых уст вдохновляющей историей Олеси Арсений — признанного специалиста в области дизайна и архитектуры, в чьем арсенале — завидный жизненный опыт и ценные советы для желающих перебраться во Францию

Любовь с первого взгляда: как я познакомилась с Францией

Впервые во Франции я оказалась в 13 лет, когда училась в музыкально-хоровой школе. Каждое лето мы гастролировали по Европе, участвовали в международных конкурсах и фестивалях. В 2000 году даже удалось пробиться на хоровую Олимпиаду. А дебютным визитом во Францию для меня стала поездка в Гренобль. Нас принимали французские семьи, и мне повезло попасть к потрясающим людям, благодаря которым я и влюбилась в эту страну и язык.

Я поняла: учить иностранные языки важно и нужно. И решила, что в один прекрасный день обязательно выучу французский настолько хорошо, что смогу говорить на нем свободно

На момент поездки из французского лексикона у меня были только «бонжур» и «мерси», поэтому общение складывалось в основном на английском с примесью языка жестов. Именно тогда я поняла: учить иностранные языки важно и нужно. И решила, что в один прекрасный день обязательно выучу французский настолько хорошо, что смогу говорить на нем свободно. Обещание сдержала — правда, с отсрочкой. Прошло 14 лет, прежде чем мне удалось воплотить свой план. К тому моменту я успела перебраться в Москву и поступить в Московский архитектурный институт.

Удача благосклонна к тем, кто твердо знает чего хочет и идет к своей цели

О карьере архитектора или дизайнера я задумалась только после школы. Не определившись с выбором профессии и вуза, записалась в школу дизайна при кафедре архитектуры политехнического института. Мне всегда нравилось рисовать, делать макеты, но о применении этих навыков в профессии мыслей не было. В любое художественное училище, не говоря уже про институт, берут только после окончания художественной школы. Поэтому я даже не рассматривала этот вариант всерьез.

Фото: личный архив

Во время учебы в школе дизайна преподаватель колористики и дизайна интерьера, доктор архитектуры Татьяна Буймистру настоятельно порекомендовала мне поступать в Московский архитектурный институт. Сначала идея показалась мне какой-то невероятной и многие твердили, что поступить в лучший ВУЗ страны без художественного образования нереально и даже дети из семей архитекторов туда годами поступают, поэтому не стоит даже пытаться. Тогда было очень обидно такое слышать, но сейчас понимаю: это меня, наверное, только раззадорило.

Подготовка к поступлению в Архитектурную академию заняла около двух лет и оказалась делом нелегким — конкурс огромный, требования высокие. С первой попытки удалось пройти только на платное отделение, но я решила готовиться дальше и поступать на бесплатное. Знаю людей, которые добивались зачисления и по шесть лет. Некоторым везло больше, другие сдавались сразу и выбирали вариант попроще. Я не подавала документы в другие институты и изначально решила: либо сюда, либо никуда.

Я понимала, что всё мог решить один-единственный балл, поэтому готовилась основательно: несколько месяцев выполняла задания с прошлых экзаменов, без конца рисовала гипсовые головы и композиции. Не знаю, что сыграло решающую роль: моя 100% готовность к жесткому отбору, благоприятное расположение звезд или судьба, — но когда увидела свое имя в списках поступивших, радости не было предела!

Учиться в МАРХИ было безумно интересно, каждый день был мощным потоком новых знаний. На мой взгляд, архитектура — лучшее образование, какое только может быть. Ну где еще вы найдете столь комплексное и гармоничное переплетение гуманитарных и естественных наук, искусства и инженерии?

Мне было интересно видеть профессию в жизни, а не только глазами студента, поэтому на каникулах я начала подрабатывать в архитектурной мастерской. Кроме того, за годы учебы удалось поучаствовать в ряде интерьерных и архитектурных проектов. Несколько раз начинала учить французский, но времени не хватало даже на сон, поэтому попытки быстро сходили на нет.

Стоит ли учить язык без намерения переехать в другую страну?

После семи лет интенсивной учебы и успешной защиты диплома я устроилась в «Моспроект-4» и начала проектировать стадионы под руководством Дмитрия Буша. Одним из первых проектов, над которым я работала, был Ледовый дворец «Айсберг» для Олимпиады в Сочи, который был успешно реализован. Во время Олимпиады-2014 именно в нем фигуристы исполняли свои программы.

Наконец в моем распоряжении было два выходных (студенты-архитекторы учатся по шесть дней в неделю) и появилось время для давней мечты — изучения французского. К тому моменту не было цели переехать во Францию. Французский учила для удовольствия: мне безумно нравится его мелодичное звучание. Знакомые недоумевали: «Зачем ты тратишь время на французский, если международный язык — английский?». Но если что-то нравится, почему бы не заняться этим? К тому же, английский я к тому времени знала неплохо.

Читайте также:  Впоследствии Стив пришел к выводу

Фото: личный архив

Через два года изучения языка я решила, что неплохо бы использовать новый навык в жизни или работе. К тому времени по моим проектам построили несколько зданий в Москве и других российских городах, успешно продвигались интерьерные проекты. Не успела я подумать об иностранной компании, как в тот же день увидела вакансию дизайнера в крупную французскую компанию. Одним из этапов собеседования было общение с HR-директором — французом. У меня был выбор: говорить на английском или на французском. Я выбрала второе, и это было мое первое собеседование на французском.

Мне кажется, для каждого человека в определенный период времени полезно пожить в другой культурной среде. Это помогает расширить кругозор, усовершенствовать разговорную речь

Собеседование я прошла, и вскоре приступила к работе: разрабатывала бутики для косметических брендов Armani, Yves Saint Laurent и Lancome. Часто бывала в командировках, и за два года объездила почти все крупные города России, несколько раз гостила в Париже. Вот тогда-то я стала подумывать о переезде во Францию. Мне кажется, для каждого человека в определенный период времени полезно пожить в другой культурной среде. Это очень помогает расширить кругозор и усовершенствовать разговорную речь. А если говорить о Париже, это прекрасная возможность посещать лучшие музеи, любоваться произведениями живописи, архитектуры, скульптуры и садово-паркового искусства.

Фото: личный архив

Спустя еще пару лет мне предложили должность архитектора в доме Chanel. Это был очень интересный опыт и возможность познакомиться с творческой вселенной, созданной невероятно талантливой Габриэль Шанель. Поработав в компании год, я поняла, что надо двигаться дальше. Купила билет на самолет, написала заявление об увольнении, продала машину и поехала покорять Париж. Решила: сделаю это сейчас либо никогда!

Лучше попробовать то, что давно хочешь, чем не сделать и всю жизнь об этом жалеть

Моя жизнь во Франции началась с поисков квартиры. До переезда я навела справки о возможности снять жилье на несколько месяцев. По приезде была несколько озадачена: обратилась за помощью в несколько фирм, но свободных квартир не оказалось. На длительное время арендовать жилье не было возможности без пакета документов. Первое время пришлось переезжать с квартиры на квартиру достаточно часто.

Следующим этапом стал поиск работы. Резюме написала, портфолио подготовила и отправила сразу в несколько бюро по трудоустройству. Дело оставалось за малым — ждать предложений от потенциальных работодателей. Тогда мне казалось, что поиски заняли целую вечность, но сейчас понимаю: для иностранки без опыта работы во Франции у меня было немало откликов. Первое приглашение на собеседование поступило через полторы недели, но работа мне не подошла. Еще через пару дней позвонили из Ниццы, предложив проектировать рестораны на Лазурном берегу и в Париже, и я поехала не раздумывая. Собеседование прошло успешно, оставалось лишь заключить контракт с клиентом. Но подписание затянулось, а вскоре и вовсе отменилось. Всё повисло в воздухе, и с тех пор я решила не радоваться раньше времени, чтобы не обнадеживать себя зря.

Жить и творить в таком городе, как Париж — одно удовольствие. Сам город вдохновляет создавать красоту

Ровно через год, закончив свой первый рабочий контракт в Париже, я принялась за поиски работы и вновь столкнулась с похожей ситуацией. Меня пригласили в Лилль и уже принимали на должность руководителя проекта, но в последний момент что-то не сложилось. Париж опять меня не отпустил, и я благодарна ему за это.

Стоило ли уезжать в никуда и начинать жизнь с чистого листа?

Спустя четыре года жизни в Париже я могу с уверенностью сказать, что авантюру затеяла не зря. Я очень рада, что у меня хватило смелости с одним чемоданом и небольшой суммой денег на первое время уехать почти в никуда. Да, некоторые этапы пришлось проходить заново, но это было интересно.

Сейчас я занимаюсь дизайном интерьера квартир и особняков от концепции до воплощения, веду стройки. Очень часто во время ремонта вскрывается масса неожиданностей, и даже при тщательно проработанном проекте приходится вносить коррективы прямо во время строительства.

Несколько месяцев назад у меня появилось желание делиться профессиональными знаниями. В бутике красок Benjamin Moore я провела лекцию по колористике для широкой аудитории. В разработке еще один образовательный проект совместно с агентством недвижимости Capifrance – серия лекций о подготовке к ремонту и важных моментах при выборе квартиры. В последнее время я серьезно увлеклась декором из стабилизированных цветов и растений, зарегистрировала собственную торговую марку Nature Eternelle. Было проведено несколько выставок в различных галереях, мои работы можно увидеть в салонах Парижа и Ниццы. Также сейчас работаю над коллекцией авторской мебели. Жить и творить в таком городе, как Париж — истинное удовольствие. Сам город вдохновляет создавать красоту!

В гостях у Oitoemponto: дом дизайнеров Париже

Oitoemponto — модный дизайнерский дуэт со штаб-квартирой в Порту, который много и успешно работает в Европе. ELLE DECORATION побывал в парижских апартаментах, где находится французский офис Артура Миранды и Жака Бека

Дизайнер Артур Миранда (Artur Miranda) всегда сожалел о том, что не родился в Париже. К этому городу он был привязан больше, чем к родному Порту. «Чувство, которое я всегда испытываю, когда прилетаю в Париж, можно сравнить с влюбленностью, — говорит он. — Сердце уходит в пятки, все внутри переворачивается без всякой на то причины. Впервые я побывал здесь, когда мне исполнилось 19 лет. И уже тогда был поражен тем, как необычно падает свет на дома и на лица людей и насколько небрежны и при этом безупречны в своем выборе стиля парижане».

Миранда вырос в Португалии. Яркие краски, характерные для местной природы и архитектуры, больше его не вдохновляли, в то время как парижский серый цвет — оттенок облаков, крыш и фасадов домов — казался чем-то экзотическим и привлекательным. Тоска по французскому образу жизни заставляла его вновь и вновь возвращаться в Париж.

Парижский шик — это мебель от Жан-Мишеля Франка на фоне идеально белых стен гостиной

Во время своего очередного путешествия он познакомился с дизайнером Жаком Беком (Jacques Bec). «Это было в 1993 году, как ни странно, в ночном клубе, — рассказывает он. — Я сразу отметил, насколько безупречно на Жаке сидит пиджак: это для меня главный показатель хорошего вкуса».

Артур и Жак стали работать вместе и основали дизайн-бюро Oitoemponto, главный офис которого находится в Порту. У Бека — французские корни, и компания ведет множество проектов во Франции.

Поэтому возникла необходимость открыть филиал в Париже. «Наш бывший офис в Париже был крохотным — всего 30 кв. м, — вспоминает Артур. — Этой площади было катастрофически недостаточно, поэтому мы стали искать апартаменты попросторнее. В итоге остановились на варианте: 75 кв. м на Левом берегу».

Еще один аргумент в пользу этого места: дом находится по дороге в аэропорт Орли, куда прилетают все самолеты из Порту, а это наиболее частый маршрут для Oitoemponto.

Тесная гостиная идеально подходит под формат французской вечеринки, где все толкаются локтями

«Продумывая интерьер, мы мечтали о чем-то очень простом, — рассказывает Артур. — Столько фантазии тратим на клиентов!»

Первое, что сделали хозяева, — покрасили стены в белый цвет (везде, кроме ванной: здесь они фиолетово-синие) и поставили кресла Жан-Мишеля Франка (Jean-Michel Frank). «Его работы — символы безупречного французского вкуса, — говорит Жак. — Без них невозможно представить себе интерьер в Париже.

Но мы не ограничились одними французами: в обстановке можно заметить объекты от Эрве ван дер Стратена (Hervé Van der Straeten) и Освальдо Борсани (Osvaldo Borsani)». Винтажная мебель есть практически в каждой комнате. Кроме того, часть объектов дизайнеры спроектировали сами, используя отделку из латуни, кожи и розового дерева.

Рассматривая детали, замечаешь массу любопытных мелочей вроде баночки с краской оттенка Yves Klein Blue и миниатюрной фигурки королевы Елизаветы Второй. «Каждая мелочь напоминает нам о приятных моментах в жизни: встрече с друзьями, совместном походе на блошиный рынок, — говорит Артур. — Мы коллекционируем не вещи, а воспоминания».

Потайные двери есть практически в каждой квартире. Мы замаскировали их зеркальными панелями

Еще одно сокровище хозяев — коллекция современного искусства: живописи, скульптуры и фотографии. Например, в холле взгляд упирается в работу «Элизабет Тэйлор» художника Рассела Янга (Russell Young). «Каждый раз, когда открываешь дверь, тебя ждет такой шикарный прием, — говорит Артур. — Еще мне особенно дорог коллаж из фрагментов ковра художника Рене Роше (René Roche). Никогда не сдаем его в химчистку, сдуваем с него пылинки».

Планировка квартиры не изменилась. «Мы только замаскировали потайную дверь в спальне зеркальными панелями, — говорит Артур. — Она находится за изголовьем кровати и ведет в кабинет. В будущем мы, конечно, мечтаем о гостиной попросторнее, в которой смогут собраться до сорока гостей, а здесь хватает места максимум для пяти-шести человек. С другой стороны, нам нравится формат французской вечеринки, когда гости весь вечер толкаются локтями, а в итоге становятся не разлей вода».

Хёрст Шкулёв Паблишинг

Москва, ул. Шаболовка, дом 31б, 6-й подъезд (вход с Конного переулка)

Бесподобная резиденция дизайнера в Париже

Подпишитесь
на нашу email-рассылку

Квартира по дизайну Жана-Луи Денио в Х округе Парижа

Хозяин этой квартиры — точь-в-точь как герой старого киномюзикла: влюбившийся в Париж американец. Дизайнер Жан-Луи Денио создал ему идеальную декорацию для жизни.

Знаменитый французский дизайнер Жан-Луи Денио изо всех сил старается не повторяться и в каждом проекте делать что-то новое. Но ему приходится нелегко. “Проблема в том, что многие клиенты настаивают, чтобы я сделал для них то же самое, что им уже понравилось в старых моих интерьерах”, – жалуется Жан-Луи. Этот проект предоставил ему все возможности пооригинальничать.

Читайте также:  Бойлер косвенного нагрева своими руками: бак работает по принципу, сделать самодельный, устройство для воды

Прежде всего непривычным был сам район расположения квартиры. Обычно интерьеры, с которыми работает дизайнер, находятся в престижных и приличных районах. Этот – в самом сердце Х округа, неподалеку от Восточного вокзала. Причем хозяин, молодой американец-программист, выбрал квартиру именно из-за ее тревожного окружения. “Я очень люблю Париж, – с энтузиазмом рассказывает клиент, которого восхищают и погода, и продуктовые лавочки, и система общественного транспорта. – В этом районе мне нравится этническое разнообразие его жителей. Тут тебе старик-турок сидит в кафе, а рядом с ним типичный юный хипстер. Очень клево!”

После целенаправленных поисков жилья в Х округе клиент остановился именно на этой квартире потому, что она показалась ему очень парижской – в наличии были анфилада, высокие потолки с лепниной, восемнадцать окон, старый паркет и большой балкон. То есть все те вещи, которые Денио в парижской недвижимости терпеть не может. “Квартиры в османовских домах – это скука смертная. В Париже их эдак миллионов тридцать, и все они одинаковые – это тогдашняя IKEA”, – ворчит Жан-Луи. Поэтому обычно, имея дело с квартирой в османовском доме, Денио ее потрошит, избавляясь от всего “банального”. Но не в этот раз. Причина проста: пожалел клиента. “Хозяин – американец, и ему явно очень по душе были все эти камины и паркеты. Я решил не разбивать ему сердце”.

И был прав, конечно. “Да, я хотел парижскую квартиру, но не Версальский дворец, естественно, – говорит хозяин. – Мне нужно было что-то более свежее и острое”. Обратиться к Денио как поставщику свежести и остроты ему посоветовали знакомые: “Я и понятия не имел, что он суперзнаменитый дизайнер, потом почитал о нем и при первой встрече даже слегка его боялся”. Все, однако, прошло хорошо: Денио одобрил квартиру и ему очень полюбился сам хозяин. “Он не только в компьютерах разбирается, но и в искусстве. Отличное сочетание”, – говорит Жан-Луи.

В результате Денио не стал сильно ничего перестраивать и менять планировку. Он сосредоточился на декоративных приемах – например, ввел в интерьер мотивы венского сецессиона, поклонником которого является его разносторонний клиент. Есть в квартире и этнические мотивы вроде марокканских ковров и африканских тканей. “Я их специально ввел, чтобы отразить специфику района, в котором квартира находится, – объясняет Денио. – Я ему сказал: “Эта квартира – как Мария-Антуанетта в бубу!” Бубу, если кто не знает, это просторное африканское платье-балахон.

В интерьере много намеренно небрежного – кровать в гостевой стоит прямо посреди комнаты, стены кухни покрыты пластиком (!), на полу – цементная плитка, причем с неровным рисунком, “как будто часть плиток покоцали и поменяли, не обращая внимания на цвет”. Кроме того, в интерьере больше, чем привычно для Денио, современного дизайна вроде консоли в прихожей и столика в гостиной. Есть все же две комнаты, которые строги и благородны в лучших традициях Денио. Это столовая со стенами глубокого синего цвета и спальня хозяина. Для последней была приобретена целая коллекция живописи – правда, грошовой, найденной на блошином рынке. “Я люблю искусство, но не хочу вешать на свои стены миллион долларов в раме, – поясняет хозяин. – Мне нужны приятные, красивые картины, но никаких изысков”.

Но у Денио без изысков, конечно, не бывает, и уникальное искусство он в этот проект все-таки протащил. Он уговорил клиента украсить стены гостиной росписью. “Я боялся – думал, слишком выпендрежно будет”, – признается клиент. Он несколько месяцев прожил с “просто серой” гостиной, а потом уступил. И Денио руками своей коллеги, художницы Флоранс Жиретт, сделал на стенах гостиной росписи в виде. протечки (судя по всему, отдавая таким образом очередную дань непростому району). Клиент доволен: роспись ненавязчива, гостей не пугает и “смотрится интересно”. Денио же, вероятно, хихикает про себя: все-таки ему удалось “разрушить” очередную османовскую квартиру.

Модернизм, я люблю тебя: где в Париже можно найти уникальный дизайн

2 октября в Фонде Louis Vuitton открылась самая масштабная в истории выставка Шарлотты Перриан, вскоре после этого на международной ярмарке FIAC галереи дизайна в едином порыве представили и продали за баснословные суммы важные объекты этой школы: от мебели той же Перриан и ее партнеров-единомышленников — Ле Корбюзье, Жаннере — до сборных домов Жана Пруве, которые тот строил по время Второй мировой. Выставка в Fondation будет открыта еще несколько месяцев — до 20 февраля, и это отличный повод поехать на разведку всех главных образцов модернизма в Париже и его окрестностях. План-минимум —ниже.

Музеи и галереи

Соотечественники главных модернистов — французские галеристы — как никто ценят их наследие. Именно поэтому в городе находится сразу четыре известные на весь мир и крупнейшие в своей сфере галереи. Они представляют одни и те же имена, но у каждой — собственный подход.

В этом месяце они поддержали тему общим фронтом: Патрик Сеген (Galerie Patrick Seguin) и Франсуа Лаффанур (Laffanour Galerie Downtown) предоставили сборные проекты инженера и архитектора Жана Пруве для проекта FIAC Hors les Murs — два дома Пруве расположились прямо на Площади Согласия — и объекты Шарлотт Перриан для выставки в Fondation Louis Vuitton. Одновременно с ней в Laffanour Galerie Downtown открылась временная экспозиция Living with Charlotte Perriand («Жизнь с Шарлоттой Перриан»), логично дополняющая тему большой выставки Фонда.

На прогулку по всем ключевым галереям хватит одного дня. Начать стоит с Галереи Патрика Сегена (Galerie Patrick Seguin) в 11-м округе, после чего можно ненадолго заглянуть в частную галерею-шоу-рум A Demain («До завтра»), которая больше похожа на магазин, чем на выставочное пространство, но часто выставляет заслуживающие внимания объекты дизайна. Сразу после стоит пройти пешком через Сите в сторону Левого берега и Улицы Сены (Rue De Seine), где практически дверь в дверь расположились Галерея Франсуа Лаффанура (Laffanour Galerie Downtown) и не менее достойная Jousse Entreprise («Галерея Филиппа Жусса», выставляющая те же имена, но другие объекты в сочетании с предметами современного изобразительного искусства).

Университетский городок (Cite Universitaire)

Парижский студенческий городок занимает площадь не меньшую, чем территория МГУ на метро «Университет», и состоит из домов-павильонов отдельных стран, в которых предоставляется жилье для иностранных студентов. Назвать это общежитием в нашем привычном понимании сложно: многие здания были построены знаменитыми архитекторами, так что приезжать туда можно как на экскурсию (вход на территорию свободный). Два корпуса — бразильский и швейцарский — были построены Ле Корбюзье, и там до сих пор сохранился не только фасад, но и интерьер его работы. В холлах стоит созданная им мебель, увидеть которую, правда, можно только с улицы (к счастью заинтересованных, принцип панорамного остекления был использован и там, поэтому вид на внутренние пространства открывается достаточно наглядный).

Отдельного внимания заслуживает голландский корпус, построенный по проекту Виллема Маринуса Дюдока в 1928-1938 годах. Архитектор был последователем Фрэнка Ллойда Райта и Де Сталя, а надзор за строительством осуществлял его коллега и соотечественник Ян Пьет Клоос (JP Kloos), также известный как автор модернистских школ и больниц по всей Голландии. Его подход заметно отличается от работ французских модернистов, хоть и следует многим из их ключевых принципов: плоские крыши, сглаженные углы и местами использованное панорамное остекление.

Вилла-ателье Озанфана

Практически через дорогу от Cite Universitaire находится единственный жилой таунхаус авторства Ле Корбюзье в Париже — вилла-ателье, построенная для художника Амеде Озанфана, одного из основателей пуризма и друга архитектора и Пьера Жаннере, увидеть которую можно только снаружи (либо, если повезет, познакомившись с владельцами). Тем не менее все ключевые особенности постройки отлично наблюдаются с улицы, не нарушая при этом приватности жильцов.

Проехав 20 минут на такси от 14-го округа, можно попасть на территорию двух ключевых выставочных пространств Ле Корбюзье и не менее важного для истории здания Робера Малле-Стивенса.

Квартира Ле Корбюзье (Appartement Le Corbusier) — собственная квартира архитектора, сохранившаяся практически в первозданном виде и совсем недавно открытая как музей. Она располагается в полностью заселенном на сегодняшний день жилом доме, построенном по проекту Ле Корбюзье и является в некотором смысле его архитектурным и дизайн-манифестом. Этот дом — попытка представить главные аспекты его масштабного проекта Лучезарного Города (Cité Radieuse) в камерном формате, и она наполнена не только его классическими приемами, но и многими решениями, которые он не мог использовать в пространствах, созданных на заказ. Среди них — витражи, кровать на утрированно высоких ножках высотой по грудь взрослому человеку и не только. Квартира находится на последнем этаже, холл которого также украшен рисунками Ле Корбюзье. По соседству с ней, кстати, находится выдающийся ботанический сад, в котором можно отдохнуть от наблюдений за архитектурой.

Серия зданий «Дома Корбюзье и Пьера Жаннере» (Maison Le Corbusier & Pierre Jeanneret), построенная в 1923-1925 годах, является одним из главных образцов так называемых пуристских вилл, которые архитектор и его двоюродный брат Пьер Жаннере строили в Париже и его окрестностях в 20-30-е годы. Эти дома-виллы они строили с двумя разными подходами: одни предназначались для жизни семей с детьми и оснащались всеми необходимыми для них техническими деталями, а другие, напротив, должны были стать местом жизни свободных любителей искусства, ищущих не только дом, но и пространство для хранения и демонстрации своей коллекции.

Читайте также:  Как выбрать подходящий класс ламината

Находящаяся в 16-м округе Вилла Ля Рош (Maison La Roche), которая сейчас принадлежит Фонду Ле Корбюзье, была построена ими для швейцарского банкира Рауля Ля Роша — коллекционера модернистcкой живописи, и семьи его друга — брата архитектора Альбера Жаннере. Перед архитекторами стояла задача создать пространство, в котором Ля Рош мог бы расположить свою коллекцию (в нее входили работы Пикассо, Брака, Леже, Лифшица и других). Вилла отличается идеально выверенным балансом формы и содержания: каждое из ее пространств предназначено для отдельных видов деятельности, и все «бытовые зоны» вынесены за пределы основного, выставочного по задумке архитектора пространства. Ля Рош прожил на этой вилле до самой смерти в 1965 году, завещав ее Фонду. В настоящий момент здание открыто для визитов, но стоит почти пустым, за исключением нескольких предметов мебели — что только помогает оценить само пространство и архитектурные решения.

Малле-Стивенс (Mallet-Stevens)

В двух минутах пешком от Maison La Roche находится еще одно важное здание — городская вилла архитектора Робера Малле-Стивенса (она находится на названной в его честь улице, где располагается сразу шесть зданий его авторства). Одну из частей виллы занимает частная Галерея 54 Эрика Тушалема (Galerie 54). Вход в нее осуществляется по предварительной договоренности (в этом, впрочем, вам не откажут — достаточно написать сообщение в директ их инстаграма). Строение само по себе заслуживает внимания как важный образец ранней модернисткой архитектуры (архитектор является одним из ключевых представителей этого движения, которому в 2005 году даже была посвящена отдельная выставка Центра Помпиду), а галерея отличается от остальных тем, что помимо классиков дизайна этой школы представляет нетривиальные объекты Африки и Востока — от скульптур до ковров, органично вписанных в общие композиции.

Пуасси (Poissy)

На расстоянии получаса езды на машине из 16-го округа (или 40 минут на поезде от вокзала Сен-Лазар) находится Villa Savoye — одна из 15 объектов Ле Корбюзье, входящих в список международного наследия ЮНЕСКО. Она была построена в крошечном городе Пуасси для семьи Савуа и является его главной и безусловной достопримечательностью, сохранением которой занимается сам город, выкупивший оккупированную и пострадавшую во время Второй мировой войны постройку у семьи в 1958 году, чтобы разместить в ней школу, но передавший ее государству спустя всего 4 года. Еще при жизни Ле Корбюзье вилла Савуа стала памятником его архитектуры, про которую сам он говорил, что «она располагается прямо на траве как объект, не беспокоящий окружающую среду».

Его мысль легко понять, обратив внимание на то, как вилла встроена в пространство зеленого сада с розами и орхидеями — не имеющая очевидной фронтальной и задней части, приподнятая на сваях над землей, оснащенная панорамными окнами и плавными переходами этажей и частей сооружения, она гармонично встраивается в среду и позволяет наблюдать ее со всех сторон без каких-либо препятствий для взгляда.

Вилла Савой (Villa Savoye) служит учебников пяти принципов модернистской архитектуры, сформулированных Ле Корбюзье (наличие опор-столбов, сада на плоской крыше, пространств с открытой планировкой, панорамных ленточных окон и свободного фасада), но при этом содержит некоторые отличительные особенности, возникшие по просьбе семьи Савуа: нетипичный для архитектора паркетный пол в гостиной и спальнях, доступ к ванной комнате с двух сторон, из спален родителей и их сына, и комнату для прислуги.

home_and_garden

Home and Garden

Стильный и комфортный дом

Квартира дизайнера в Париже

Переехав в Париж, английский дизайнер Энн Макговерн оформила свою квартиру с французским вкусом

Из окна гостиной открывается живописный вид на площадь Монтолон. В нише слева раньше располагалось зеркало. Энн убрала его и освободила проем, визуально соединив гостиную со столовой. Старинная хрустальная люстра и венецианское зеркало XIX века приобретены на местных блошиных рынках. Секретер в стиле Людовика XV куплен в антикварном салоне, а деревянный кофейный столик — в магазине восточных товаров.

«Я всегда мечтала о таком секретере, ­— говорит Энн Макговерн. — Это вещь из моего детства. Бабушка была портнихой, а мама обожала все, что связано с модой. Так что и моя карьера была предопределена».

Энн начинала работать у Стивена Маркса, владельца бренда French Connection, представляла в Лондоне бренд Alexander McQueen, а потом руководила отделом международного развития Jean-Paul Gaultier. Сегодня она подолгу живет во Флоренции, но влюблена в Париж с тех пор, как изучала в Сорбонне французский язык. «Мне кажется, Париж просто создан для женщин, — говорит Энн. — Где еще вам будут уделять столько внимания!».


Фрагмент гостиной. На письменном столике XIX века — фотография бабушки Энн. Старинный портрет, висящий на стене, приобретен на парижском блошином рынке Porte de Vanves.

На протяжении многих лет она останавливалась в отелях неподалеку от Люксембургского сада. «Прекрасное место, но стоит выйти из гостиницы, как вас окружает толпа туристов», — говорит Энн. Поэтому, решив приобрести собственную квартиру, она выбрала спокойный Девятый район.

Старая плитка на полу кухни положена неровно, некоторых фрагментов не хватает, но мне и так нравится В XIX веке здесь жили Шопен, Жорж Санд и Верлен, а сегодня его облюбовали молодые дизайнеры. Кроме того, Энн всегда привлекала типичная «османовская» архитектура жилых домов. «Здесь почти во всех квартирах есть что-то особенное, исключительно парижское: мраморные камины, высокие потолки и изысканная лепнина», — говорит она.


На секретере в стиле Людовика XV — подарки друзей и коллег. Серебряные подсвечники куплены на распродаже во Флориде.

Но найти что-то подходящее оказалось не так просто: Энн пришлось просмотреть примерно полсотни квартир, прежде чем сделать свой выбор. «Или у вас не будет лифта, или вида из окон — так стоял вопрос. Но эта квартира — просто находка!» Тем не менее ей потребовалось немало воображения, чтобы раскрыть весь потенциал своего нового жилья.


Хозяйка дома Энн Макговерн


Фрагмент гостиной. Кресло у окна, Andrew Martin. Стеклянные подсвечники, Flamant. Старинный посеребренный поднос куплен на лондонском аукционе Bonhams.

Несколько десятилетий квартиру сдавали, поэтому там был ужасный беспорядок. Прямо к паркету был приклеен ярко-синий ковролин: чтобы его снять, пришлось немало потрудиться. Но все равно от него осталось несколько кусочков перед камином в столовой.


Стулья в столовой — знаменитая модель Louis Ghost, созданная Филиппом Старком для Kartell. Обеденный стол, Habitat. Старинная хрустальная люстра куп-лена на блошином рынке Porte de Vanves. Буфет в стиле эпохи короля Луи-Филиппа приобретен на аукционе в пригороде Парижа Шату.

Кухня походила на склад деревянных ящиков и пластмассовых стульев. В работе над интерьером Энн помогал парижский архитектор Эрик Робин. Для того чтобы квартира казалась светлее, на двери наклеили зеркальные панели, а чтобы зрительно увеличить пространство, объединили гостиную и столовую оригинальным способом.


Прихожая. Диван в стиле Людовика XVI приобретен на парижском блошином рынке Porte de Vanves. Первоначально его обивка была красной с золотом. Энн заменила ее на ткань более сдержанной расцветки. Рама зеркала перекрашена в белый цвет (краска Farrow & Ball). Металлические бра приобретены в Джайпуре.

«Эрик предложил освободить одну из ниш от зеркал и оставить образовавшийся проем между комнатами. Получилось большое окно в лепной раме». Из подвала подняли старинные двери, которые пролежали там больше 20 лет. Наконец, из кухни выкинули огромный сервант, но оригинальную терракотовую плитку под ним решили не трогать. «Плитка положена не очень ровно, некоторых фрагментов не хватает, — говорит Энн. — Но мне и так нравится».


Кухня. Энн решила сохранить изначальную терракотовую плитку на полу. «Плитка сохранилась не полностью, — отмечает хозяйка дома, — но мне нравится, как она вписалась в современный интерьер». Белые лакированные кухонные шкафчики, полки, освещение, IKEA. Кухонная плита, Whirlpool. На полках — коллекция керамики, Astier de Villatte и Celtic Weave China. Часть старинных графинов на верхней полке принадлежала бабушке Энн.


Фрагмент ванной комнаты. Раковины, Lapeyre. Зеркала приобретены в парижском универмаге BHV, смесители и светильники — в нью-йоркском магазине Restoration Hardware. Плитка на стенах, Raboni, подобная использовалась в парижском метро.

«Мои французские друзья, зная мое английское происхождение, всплескивают руками, заходя в гости: «Ах, как очаровательно, здесь все так по-английски!» Наверное, чтобы сделать мне приятное, ведь декор здесь самый что ни на есть французский», ­— улыбается она. Кресло времен Людовика XV Энн обила новой клетчатой тканью, после того как увидела нечто подобное дома у Инес де ла Фрессанж.


Вид из прихожей на хозяйскую спальню. На переднем плане – коллекция зонтов Jean-Paul Gaultier. Обои, украшающие стены спальни, Romo. Стул в стиле Людовика XVI — часть гарнитура, купленного на парижском блошином рынке Porte de Vanves. Ночник, Laura Ashley. Постельное белье, Liberty of London. Серые шелковые подушки из коллекции Zara Home. Покрывало на кровати куплено в Blanc d’Ivoire.

На блошином рынке Porte de Vanves она купила хрустальную люстру, стулья и софу конца XVIII века, портреты, которые теперь стоят на полу у камина. В квартире много предметов, связанных с ее работой, и прежде всего подарки друзей и коллег: веер с островов Кука ей подарил бывший арт-директор Dunhill Стивен ди Ренца, а портрет махараджи нарисовал друг-дизайнер из Louis Vuitton. В холле стоят зонтики от Готье. «Я очень люблю Жан-Поля, — говорит Энн. — С ним так легко общаться. Он безумно талантлив и всегда изобретает что-то новое. Словом, настоящий француз!».


Фрагмент ванной комнаты. Плитка на полу и стенах, Raboni. Ванна облицована мрамором. Смесители и душевые лейки приобретены в нью-йоркском магазине Bed Bath & Beyond.

Фото: СТЕФАН ЖЮЛЬЯР (STEPHAN JULLIARD)/TRIPOD AGENCY

Ссылка на основную публикацию